.

Тонос :: Предсказания :: Великие пророки о России :: ПРОРОКИ-ПИСАТЕЛИ

ПРОРОКИ-ПИСАТЕЛИ

  

Увеличить шрифт  Уменьшить шрифт

Всё, что когда-либо говорилось пророками и ясновидящими про Россию, собрано в этой книге. Все события прошлого и настоящего России нашли в ней отражение. Так может и будущие сбудутся? «...Пока бережется память, хотя бы одним человеком, остается и надежда... Идите и думайте о будущем, о вашей жизни. Надо пережить ночь и не разбиться в потемках, вытащить крест, а помощь придет... пусть вас ведет надежда...» Михаил Щукин. Пророк


Оглавление


Есть такое выражение: «Рукописи не горят». Смысл его становится понятным, когда берешь в руки книгу, изданную полвека назад или и того больше, начинаешь читать, и временные границы перестают существовать. Появляется ощущение, что все, что описывается на страницах этой книги: жизненный уклад, вопросы и явления общественной жизни, поведение руководящей верхушки, положение маленького человека и многие другие проблемы, волнующие героев былой эпохи, иного временного отрезка, их размышления о текущем моменте — настолько похожи на то, что происходит в данный момент в данной стране с тобой и твоими соотечественниками, что диву даешься, как автору удалось предвидеть, что будет испытывать твое поколение, что будет смущать и волновать его душу. Будто и не было бега времени, перемен, достижений научно-технического прогресса, изменений в человеческом сознании. И автор со своей философией, взглядами на ход событий, описаниями происходящего воспринимается вполне современным. Потому что, постиг смысл вещей, потому что предугадал ход событий. Потому что — пророк.
Мы знаем множество имен, которые были вычеркнуты из списков литераторов только из-за того, что их творчество не соответствовало идеологии единомыслия, которая существовала у нас в стране на протяжений семидесяти лет.
К их числу относится Пантелеймон Романов, родившийся в конце девятнадцатого столетия, в 1884 году. Он стал популярен после Октябрьской революции, начав осуществлять свой замысел создателя «художественной науки о человеке». Но уже в начале тридцатых годов он получает репутацию выразителя интересов классового врага, воинствующего мещанства, писателя слишком прямолинейного и простого, чуждого советской литературе. Не сумел «подняться» до восхваления тех грандиозных свершений, которые происходят в послереволюционный период. Его обвиняют в фотографизме и очернительстве и долгие десятилетия просто замалчивают.
Его произведения, по-новому оцененные современной критикой, как раз и отличаются большим проникновением в суть явлений. В них есть прозрение настоящего, прошедшего и будущего. Это относится прежде всего к его эпохальному роману «Русь», в котором он описывает реальную жизнь народа в предреволюционные годы, в период войны и революции. В нем он передал дух эпохи, все ее реалии, проблемы, чаяния и заботы, тревоги, которые самым удивительным образом совпадают с тем, чем мы живем сейчас. Как будто не прошли десятилетия, а все происходит сейчас, в нашей действительности, и ничего не изменилось.
Вот они, реалии нашей действительности:
«.. .Теперь все больше сидели по своим углам. Все стало беднее и серее. Износилась земля, или переменился народ, но не стало уже былой широты, хлебосольства и радушия. Дела не шли, имения разваливались, денег было мало, и уже нельзя стало радоваться каждому случайно заехавшему гостю и кормить его. И так все отвыкли от людей и привыкли к вечным нехваткам, что уж с испугом оглядывались на окна, когда на дворе слышался лай собак и звон бубенчиков подъехавшего экипажа...»
Тому, кто, прочитав вышеприведенный кусочек из «Руси», не согласится с нами, скажем: «А помните, у нашего юмориста Яна Арлазорова была еще недавно юмореска, когда двое супругов, заслышав звонок в квартире, убирают кусочки сервелата со стола, буквально считанные кусочки, а потом, когда им все-таки приходится кормить гостей, пришедших как раз именно с целью поесть, они с болью в сердце отрезают куски и считают про себя стоимость каждого, поданного на стол. У всех показанное вызывало искренний смех, потому что это не в нашей ментальное — не угостить пришедшего гостя. Сейчас же, если и смеемся, то эхо смех сквозь слезы. Нищета стала реальной действительностью, потому что у многих в наше время бывает и так, когда гостю невозможно предложить даже чая: в доме нет заварки».
Следующая реалия:
«...Не стало простоты, и как-то рассыпались все связующие звенья между отдельными людьми.
В старину все было» просто, вся жизнь была разделена на обыкновенные дни и торжественные — именины, праздники, семейные торжества — когда люди собирались к соседям, поспевая к утреннему пирогу, потом переходили в зал за большой, уставленный десятками приборов стол. Отведывали одной, другой настоечки, лица оживлялись, громко и весело стучали ножи и вилки, Поднимались и чокались рюмками в честь виновника торжества, я обед среди налитых бокалов вина и отложенных в сторону салфеток — заканчивался в дружеских разговорах только в сумерки. А потом расставлялись столы в низких гостиных с кожаными диванами, с портретами Предков и с печами с отдушниками, распечатывались тяжелые, приятно-тонкие новые колоды атласных карт, скользившие в руках. Ставились по углам свечи, и старички, блестя лысинами, раздвинув фалды сюртуков, садились на всю ночь до утра.
Спорить было не о чем, все было ясно, и все в главном были согласны: береги Отечество и православную веру, поддерживай национальную славу дедов, ешь, пей с друзьями и веселись. А когда придет срок и призовет вечный судия, ложись и умирай в своем старом, прочно выстроенном еще предками доме...»
Это было в далекие времена, обрисованные писателем, это, хотя и намного реже, встречается и сейчас. Разделилось общество, рвутся семейные узы. Возможно, и не страшно, что ушла из жизни патриархальность, хуже другое — враждебное отношение друг к другу:
«Теперь с каждым годом все больше и больше уходило из жизни веселье. Если все были согласны в главных убеждениях, то теперь стали разбиваться на группы, всегда враждебные одна другой...
Теперь не было в жизни ни одного прочного вековечного центра, вокруг которого сходились бы люди, как около чего-то незыблемого и непререкаемого. В жизни появлялись вопросы, а около вопросов отдельные партии. И чем больше вырастало вопросов, тем больше вырастало групп и партий, которые спали и видели — утопить в ложке воды своих противников, которых считали или тупыми, отсталыми людьми, или предателями, или разрушителями.»
Стоит почитать нашу прессу, послушать предвыборные выступления кандидатов во власть — не то ли услышим и мы сегодня?
Из жизни ушла радость. В сердцах поселилось уныние. Это про нас. И у нас был период, когда мы начали стыдиться своей истории, своей прожитой жизни, а нас виноватили новые «мыслители», не пережившие всех тех испытаний, которые вышита на долю старшего поколения. И про политизацию общества верно. Все это про нас:
«...Старинные праздники проходили тоскливо, серо и уныло. Всем было уже как-то неловко придерживаться старинных устоев и обычаев, когда выяснилась ретрограднее» всех этих национальных красот. И многое из того, что в старину казалось священным и не подлежащим никакому обсуждению, теперь не только ставилось под сомнение, но многого стыдились и от многого отрекались, как от позорного своей отсталостью наследства.
...Теперь же если и собирались, то только на каком-нибудь юбилее общественного и политического деятеля, а не празднике, и говорили только о политике, общественности и угнетенных массах... Но когда говорили о политике и общественности, то не оказывалось почти ни одного человека, который был бы согласен во всем со своим соседом. Сходились в целях — расходились в тактике. Сходились в тактике —расходились в целях».
А это о наших спорах, когда мы начинаем дискутировать о том, как нам дальше жить:
«Главных течений было два. Одно стояло за то, чтобы во всей целостности сохранить старинные православные заветы, прежнюю силу и доблестную славу родной земли с подчинением единой воле помазанника. Другое стояло за полное искоренение этих православных заветов, доблестной славы предков и самого православного помазанника как наследия деспотизма и невежества.
«Сохраните все, и настанет золотой век, — говорили представители первого течения, ~ государство будет могуче своей целостность». Соседние народы и государства будут с боязнью и уважением прислушиваться к каждому слову великого царя и могучего своей верой народа русского...»
Следующее высказывание П. Романова иллюстрирует наше отношение к вопросу о Балканах.
Наши политолога, депутаты, журналисты веди дискуссию о том, надо ли нам поддерживать югославов, и мнения были прямо противоположными:
«Война между Сербией и Австрией не имела бы большого значения. Но говорили, что Россия не может остаться равнодушной вообще ко всякому притеснению слабейшего со стороны сильного, а в частности, к притеснениям братьев-славян, по отношению к которым Россия была связана духовной повинностью держать их под своей могучей защитой.
...Таким образом, вопрос с Балканским полуостровом осложнялся до возможности участия в войне и России, если она, верная своим заветам, выступит на защиту слабого.
Но в возможность войны никто не верил. Все были убеждены, что стоит только императору с высоты престола заявить о своем отношении к этому вопросу, как слово русского царя сразу отрезвит кого угодно...» И мы ждали каких-то особых заявлений от нашего главы государства, думая, что его слово разрешит проблему.
У Пришвина есть фраза: «Если теперь стать далеко и смотреть так, что все ваше строительство провалилось, то причина этого будет в чрезмерном, подавляющем всякое личное творчество развитии бюрократии». А что это такое? Первый же попавшийся под руку нам словарь информирует: «Бюрократизм — метод управления или ведения дела, отличающийся преобладанием канцелярщины, волокиты, заботы о формальной стороне вопроса, отсутствием интереса к существу дела, оторванностью от народа, безразличием к его нуждам и потребностям*. Бюрократия и сейчас процветает махровым цветом, чиновники предпочитают отписки, и ходит человек по заколдованному кругу. Ну и плохая организация всякого рода заседаний, недисциплинированность членов властных структур, их невыдержанность возвращение к натуральному хозяйству, то есть вынужденность городского населения производить свои собственные продукты на дачах и огородных участках, невозможность ежедневного общественно полезного оплачиваемого труда из-за сокращения рабочих мест, то есть безработица в нашей стране — и есть то самое предсказанное писателем провидцем приспособление к реалиям двадцатого века?
«...То, что первоначально было самым существенным занятием высокоразвитых умов, самых зрелых, нравственных и умных членов общества, мало-помалу становится второстепенным времяпрепровождением и, наконец, детскою игрой». Высшее образование, научные разработки, изобретения — детская игра?
Так же, как и Джеймс Джойс в «Улиссе», Нордау пишет о книгах, которые будут читать люди последнего десятилетия двадцатого века: «...Книги, которыми наслаждается избранная публика, издают странное благоухание, в котором можно почувствовать запах ладана... и нечистот с преобладанием того или другого... Очень в ходу Истории с привидениями, но непременно в научном облачении гипнотизма, телепатии, сомнамбулизма... и эзотерические романы, в которых автор дает чувствовать, что он мог бы, если б только хотел, сказать многое из области кабалы, факиризма, астрологии, белой и черной магии. Люди опьяняют себя туманным утверждением слов символистов.
Обыватель видит в этих явлениях моду и гонится за новизной, эстетик говорит о «тревожном искании нового идеала», а врач «тотчас же узнает... в склонностях и вкусах людей общую патологическую картину двух патологических состояний, с которыми он отлично знаком: вырождения и истерии, легкая форма которой известна под именем неврастения. Еще Морель, греческий психиатр, дал такое объяснение вырождению: «Под вырождением следует разуметь патологическое уклонение от первоначального типа. Вырождение заключает в себе такие наследственные элементы, что человек, пораженный им, становится все более неспособным исполнять свое назначение и что умственный прогресс... подвергается опасности в его потомстве...»
Низкое качество литературы, сомнительные вкусы книгочеев, утрата интереса к поэзии (нищему люду не до лирики, а наши практичные люди бизнеса вряд ли столь романтичны и чувствительны) — и это предсказано Максом Нордау в «Вырождении»:
«...Стих... первоначально был единственной формой словесности; теперь же он заменен прозою и сделался почти атавистическим способом выражения. На наших глазах теперь совершается падение романа: серьезные и высокообразованные люди едва удостаивают его вниманием, и он читается преимущественно женщинами и юношами.
...Басни и сказки были прежде высшим произведением ума. Они служили выражением сокровенной мудрости племени и его самых драгоценных преданий. Теперь это специальный род литературы, пригодный преимущественно для детей...»
А вот и об утрате искусством своих позиций: «...По прошествии нескольких столетий искусство и поэзия сделаются чистым атавизмом и будут цениться только особенно впечатлительною частью человечества — женщинами, молодежью и, может быть, детьми».
Однако: «Извращенные формы искусства не имеют будущности. Они исчезнут,, когда цивилизованному человечеству удастся преодолеть теперешнее свое состояние истощения».
Как в воду глядел выходец из Венгрии, давая характеристику конца двадцатого века. Разве это не про нас?
«Целый период истории видимо, подходит к концу, и начинается новый. Все традиции подорваны, и между вчерашним и завтрашним днем не видно связующего звена. Существующие порядки поколеблены и рушатся; все смотрят на это безучастно, потому что они надоели, и никто не верит, чтоб их стоило поддерживать.
Господствовавшие до сих пор порядки и воззрения исчезли или изгнаны, как свергнутые с престола короли, и их наследства добиваются законные и незаконные наследники. Между тем наступило полное междуцарствие со всеми его ужасами: смещением властей, полной беспомощностью масс, произволом сильных, появлением лжепророков, нарождением временных, но тем более деспотичных властелинов. Все ждут не дождутся новой эры, не имея ни малейшего понятия, откуда она придет и какова она будет...»
Он говорит об ожидании людьми конца света, будто побывав в августовских днях-1999 года.
«Не в первый же раз в истории наблюдается распространение подобного смутного страха. С приближением 1000 года это чувство овладело всеми христианскими народами. Но оно существенно отличалось «от конца века». В исходе первоначального тысячелетия христианской эры страх порождался чувством полноты, привязанностью к ней. Кровь кипела, люди чувствовали себя способными наслаждаться, и мысль погибнуть со всей Вселенной казалась ужасною и невыносимою: ведь было столько вина, столько красивых женщин, столько сил наслаждаться!
В настроении «конца века» ничего подобного нет. Оно не имеет ничего общего с меланхолией Фауста, когда он на- склоне лет вспоминает всю свою жизнь, гордится достигнутым, но в то же время видя, что многое еще только начато, еще не совершено, испытывает страстное стремление довершить неоконченное и даже ночью не находит себе покоя и вскакивает с возгласом: «Спешу исполнить, что задумал». Совершенно иным представляется настроение «конца века». Это бессильное отчаяние человека хилого, который чувствует, что он постепенно приближается к смерти среди цветущей, животворящей природы, зависть богатого старого развратника, который видит влюбленную парочку, удаляющуюся в дальний уголок молчаливого леса...
Основной смысл «конца века» заключается на практике в отречении от традиционной порядочности, которая в теории еще вполне признается. В распутном человеке оно выражается разнузданностью инстинктов; в черством эгоисте — полным пренебрежением к ближнему и к его интересам, разрушением всех преград, которые сдерживают грубое корыстолюбие и жажду наслаждений; в скептике — беззастенчивым проявлением низменных стремлений и побудительных мотивов, которые до сих пор если не подавлялись, то лицемерно скрывались; в верующем — ослаблением веры, полным материализмом; в эстетике — полным отрицанием в искусстве и бессилием производить впечатление старыми формами, во всех же людях вообще — несочувствием к прежним порядкам, удовлетворяющим в течение целых тысячелетий требованиям логики, сдерживавшим преступные порывы и содействующим появлению прекрасных художественных произведений...»
«...Настроение времени проникает в самые глубокие слои и вызывает даже в их самых темных и неразвитых людях странное чувстве; беспокойства, своего рода морскую болезнь, которая, однако, не доходит у них до своеобразных прихотей, свойственных беременным женщинам, и не выражается в новых эстетических потребностях... Лишь самое ничтожное меньшинство находит искреннее удовольствие в новых направлениях и убежденно провозглашает, что в них спасение, и надежда, и будущность. Но это меньшинство наполняет собою вею видимую поверхность общества, подобно тому как ничтожное количество масла широко распространяется на поверхности моря. Оно состоит из богатых и известных людей или фанатиков; первые дают тон всем глупцам и пустомелям, вторые влияют на слабых и не самостоятельных людей и запугивают робких. Толпа делает вид, что ее вкусы совпадают со вкусами сторонящегося от нее меньшинства, которое с видом величайшего презрения проходит мимо всего, что до сих пор считалось прекрасным, и таким образом, на первый взгляд может показаться, что все образованное человечество усвоило себе эстетические вкусы людей «конца века»...»
Про расцвет наркомании: «...Вместо нынешних трактиров возникнут особые заведения потребителей эфира, хорала и гашиша. Число людей, страдающих извращением вкуса и обоняния, до такой степени разрастается, что будет уже выгодно открывать специальные заведения, где желающие могли бы вкушать из роскошных сосудов разного рода нечистоты и вдыхать в обстановке, не оскорбляющей их эстетического вкуса и не нарушающей их комфорта, воздух, наполненный миазмами и запахом экскрементов...» .
О падении нравственности и утрате целомудрия: «Половая психопатия в самых различных своих проявлениях до такой степени усилится и распространится, что надо будет подумать о соответственном пересмотре нравов и законодательства. Моды подвергнутся коренным изменениям. Мазохисты и пассивисты, из которых будет состоять большинство людей, будут носить костюмы, напоминающие своим покроем и цветом женские. Женщины, желающие нравиться этого пошиба мужчинам, наоборот, будут носить мужское платье, монокли, сапоги со шпорами, держать хлыст в руке и не иначе выходить на улицу, как с сигаретой во рту. Число людей « извращенным половым вкусом... увеличится... Стыдливость и благопристойность сделаются достоянием прошлого как предрассудки и будут встречаться как атавизм у жителей захолустных деревень. ...В театрах же будут нравиться лишь пьесы откровенно эротического характера и кровавые преступления...
Прежние вероучения почти совсем лишатся последователей и учеников. Зато возникнет множество спиритических общин и тайных обществ, которые будут содержать вместо священников пророков, заклинателей мертвецов, колдунов, гадальщиц, хиромантов».
«Посредством искусства иногда посылаются нам смутно, коротко такие откровения, каких не выработать рассудочному мышлению», — сказал однажды А. Солженицын.
Его слова самым непосредственным образом относятся к Альберту Робида. Француз Альберт Робида был Писателем-фантастом и гениальным художником. Его творческие прозрения поражают и сегодня. Родился он на юге Франции в 1848 году, 14 мая. Рисовать начал с младых лет. Позже рисовал карикатуры, делал иллюстрации в разных журналах. Был великим путешественником, побывал во всех уголках своей страны, ездил за границу.
В 1883 году в Париже вышла его книга «Двадцатое столетие», спустя несколько лет появилась . «Электрическая жизнь». В этих книгах» он заглянул в будущее и сделал поразительные предвидения, описав «технические чудеса» грядущего века. Робида напророчил чуму нашего века — СПИД, и можно сказать, что он предсказал чернобыльскую катастрофу. Ее прообразом является чудовищная авария, происшедшая на мощной электростанции из-за поломок в большом резервуаре:
«После полудня 12 декабря 1995 года вследствие какой-то глупости, причина которой так и осталась невыясненной, разразилась над всей Европой страшная электрическая буря так называемая торнада. Причинив глубокие пертурбации в правильном течении общественной и глобальной жизни, авария эта принесла много неожиданностей», — читаем на страницах его романа.
Здесь же можно найти и предвидение создания ядерного оружия:
«... Не довольствуясь тем, что электрическая энергия является могущественным орудием производства, ярким светочем, рупором, передающим глас на какое угодно расстояние на суше, на море и в межпланетном пространстве, электричество выполняет, кроме того, еще тысячи других различных обязанностей. Между прочим, оно служит в руках человека также оружием — смертоносным и грозным оружием на полях сражений...»
Всем в мире известно, что это «смертоносное и грозное оружие» было впервые изобретено в России, и сам же его создатель, А. Сахаров, которого записывают сейчас в пророки XX века (речь о нем, его высказывания приводятся и на страницах нашей книги), предостерегал от страшных последствий его использования во зло..
Французский пророк-писатель Робида как бы предвосхитил и взрывы атомных бомб в японских городах Хиросима и Нагасаки. В произведении «Часы минувших веков», которое увидело свет в 1898 году, Робида рассказывает о создании «бомбы величиной с горошину способной уничтожить целый город. Это изобретение, предвидел он, сделает некоторых политиков жестокими, что приведет неминуемо к «великому бедствию» и «великому ужасу».
Однако есть на страницах его пророческих произведений и оптимистические предсказания.
В конце концов, опомнившись от великого ужаса, люди создадут «Великий Совет предохранения от ошибок прошлого без политиков». Уцелевшая часть человечества извлечет уроки из трагического прошлого.
«...Род человеческий, уцелевший и не погибший, по крайней мере, полностью, наконец-то облагоразумился. Человек вышел из великого бедствия и стал шествовать по бороздам, проведенным его предками», — пророчествует великий француз.
В том же научно-фантастическом романе «Электрическая жизнь» он говорит о последствиях чудовищной эксплуатации природы, загрязнении окружающей среды вследствие промышленного развития:
«...Нашим героям наконец-то удалось вдохнуть в себя чистый воздух, не загрязненный дымом чудовищных заводов и фабрик. Здесь можно было дать полный отдых мозгу и нервам, почувствовать счастье и вздрогнуть от радости жизни!»
Он нисколько не ошибся, предсказав, что у людей XX столетия быстро будет изнашиваться нервная система. Правда, старение моментальное, по Нострадамусу, переносится на 2088 год. Причиной старения, по Робиду, будет служить как сверхбыстрый темп жизни, так и экология:
«Из-за лихорадочной поспешности жизни XX века люди быстро будут стариться: в 45 лет станут выглядеть как 70-летние. Омоложение будет происходить под особыми колпаками...»
«...Лихорадоточие — спешное существование среди загрязненных дымом чудовищных заводов и фабрик — заставит бежать человека от всего созданного им в поисках тишины и глотка воздуха..»
Есть у Робида предсказания о больших возможностях химической науки, с помощью которой будет восстанавливаться плодородие в почве. Для стимуляции всхожести и роста семена будут подвергаться электрообработке.
Предсказал он также возможность создания искусственной пищи, и не только: он «увидел» внутренним своим взором человека, одаренного даром прозрения, возможность создания искусственного человека! Герой его книги «инженер-медик Сьюфатен, славный малый, был выращен искусственным путем — в реторте».
Его рисунки, которые ему подсказывало его провидческое воображение художника, также демонстрировали достижения техники предстоящего века, которые воплотились в жизнь в нашем столетии. Это были громадные воздушные корабли, изображения метрополитена, телефоноскопа, фонографа, орудий химической артиллерии, подводных броненосцев и торпед.
Своим гениальным умом писателя и художника-провидца, данным ему от Бога, он прозрел создание строительных материалов, из которых будут сооружаться жилища горожан будущего. Он предсказал, что дома будут возводиться из искусственного гранита и стекла с использованием «огнеупорных пластмасс и трубчатого алюминия».
Непременным атрибутом каждого дома, по его предсказаниям, должен был стать телефоноскоп (телевизор и телефон), включаемый при помощи; кнопки, с помощью которого можно будет слушать «телегазету» с новостями. Телефоноскоп даст возможность, предугадывал он, «навещать родных и быть в гостях, не выходя из дома», в котором не будет такого помещения, как кухня, так как можно будет заказать готовые обеды с помощью телефоноскопа или питаться концентратами в виде пилюль. Видимо, наподобие тюбиков с искусственной пищей, которые впервые начали использовать наши космонавты на борту космического корабля.
Что касается конкретных предсказаний художника о России, так это приход к власти коммунистов. Один из его героев, Роберо Лафокард, говорит:
«Коммунисты, которые завладеют властью, быть может, грубо и не совсем на законных началах ниспровергнут старый порядок.
Все руководство страной будет осуществляться людьми из особого Центрального комитета, и половина собственного населения будет посажена», — пишет он, явно предсказывая страшные процессы 1937 года.
По свидетельству сестры В. И.- Ленина, .М. И. Ульяновой, в домашней библиотеке их семьи была книга «Часы минувших эпох», принадлежащая перу Альбера Робида, и будущий вождь мирового пролетариата любил читать ее и рассматривать в часы досуга.
По предсказаниям французского прорицателя. революция в России должна была произойти после войны в Европе в 1924 году. Несмотря на то. что несколько ошибся в точности исполнения греков, он все же стал свидетелем осуществления своих пророчеств о мировой войне (первой) и последовавшей за ней революции 1917 года в России.
Есть в его книге «Часы минувших эпох» и такие строки:
«Позади каждой эпохи видна новая, позади каждого поколения уже слышны шаги последующего, которое выступит на сцену, когда наступит его час на глазах вечности».
Прошлое перетекает в настоящее и будущее, будущее становится прошлым. Так совершается круг вечности бытия на Земле, сегменты которого дано прозревать избранным — пророкам.


Источник: bibliotekar.ru





30.09.2011 05:24:18


Best Blog! The awareness you provide is quite useful, why I was not clever to find it in the past. Anyways I’ve joined to your feeds. Please, belstaff sale maintain the brilliant work up.
(1)
Ваш комментарий к данной статье:
Жирный шрифт Курсив Подчеркнуть Выровнять влево Выровнять по центру Выровнять вправо Выровнять по ширине Вырезать Копировать Вставить Отменить Повторить Список Нумерованный список Верхний индекс Нижний индекс Вставить ссылку

Что такое Большой адронный коллайдер?



Предыдущие голосования...
НЛО в программе "Вести"
НЛО в программе "Вести"
В программе "Вести" на телеканале Россия, в сюжете "Битва гигантов в Ле-Бурже" в кадре на несколько ... Читать дальше...
Требование к МАС вернуть статус планеты Плутон
Требование к МАС вернуть статус планеты Плутон
Открытое письмо читателей журнала Тонос к Международному астрономическому союзу (МАС). До 24 авгу... Читать дальше...
Фотографии НЛО
Фотографии НЛО
На Марсе найдена жизнь!
На Марсе найдена жизнь!
Новые главы!. Открытое письмо коллективу NASA. Галерея фотографий. Ан... Читать дальше...
2012 год: конца света не будет
2012 год: конца света не будет
Известно, что с помощью натальной карты в астрологии можно определить влияние ли... Читать дальше...
С Луны исчез советский «Луноход-1»
С Луны исчез советский «Луноход-1»
О пропаже заявили специалисты НАСА. О том, что «Луноход-1» потерялся, стало изв... Читать дальше...
Грех как алиби за наслаждение
Грех как алиби за наслаждение
Рецензия на фильм «Остров» Павла Лунгина Познающий себя самого и свои аффекты я... Читать дальше...
Животные Марса
Животные Марса
Поздравляем всех, жизнь на Марсе, по всей видимости, обнаружена. Краткие разъясн... Читать дальше...
Вас приветствует tonos.ru! Мы очень рады видеть вас!
RSS-канал новостей tonos.ru Отправить письмо в редакцию журнала "Тонос"
Сообщить об ошибке на этой странице
Лицензионное соглашение
Пропустить заставку
Rambler's Top100